ВОЗМОЖНОСТИ И ПУТИ ПОСТРОЕНИЯ ОБЩЕПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ ЛИЧНОСТИ, А. В. ПЕТРОВСКИЙ
E-mail: nrpsy@mail.ru | Country : Russia  

Теоретическая психология: проблемы и решения

ВОЗМОЖНОСТИ И ПУТИ ПОСТРОЕНИЯ ОБЩЕПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ ЛИЧНОСТИ



Едва ли не общим местом психологических работ последних лет является либо откровенное признание, что у нас до сих пор нет общепсихологической теории личности, либо прямой переход от признания важности изучения личности к рассмотрению отдельных его аспектов, минуя вопрос о возможности создания общей теоретической конструкции. Как нам уже случалось об этом упоминать, видный специалист в области личностной проблематики Л.И. Божович еще в 1968 г. писала о том, что «в советской психологии до сих пор еще нет достаточно разработанной, единой психологической концепции личности и ее формирования» [6; 131].

Изменилось ли положение в настоящее время? За эти годы изучение личности далеко продвинулось, накоплен большой эмпирический материал, предложен ряд новых подходов к пониманию ее развития, места в системе межличностных отношений, соотнесения биологического и социального, соотношения личности и индивидуальности и т.д. Но все эти подходы (взгляды, представления, концепции) могут в лучшем случае рассматриваться как «теории среднего уровня» (отдельные концепции), не претендующие на охват психологии личности как единого предмета исследования. Все они схватывают лишь отдельные стороны личности и, будучи при этом не соотнесенными друг с другом, могут менее всего претендовать на положение единой теории личности. Вопрос, таким образом, остается открытым.

Нас, разумеется, не может утешить осознание того несомненного факта, что и в зарубежной психологии, в свою очередь, отсутствует единая теория личности и разработка ее проблематики заведомо осуществляется на уровне теорий среднего уровня. Для нас очевидно, что лоскутная пестрота философских концепций, которая просвечивает сквозь многочисленные теоретические построения западной психологии, эклектизм позиций, который нередко выдается за широту подхода к научному факту и даже становится поводом для гордости ученого, не могут не размывать основы для построения единой теории. Складывается впечатление, что время создания «больших» психологических теорий, типа теорий З. Фрейда или К. Левина, миновало и печать измельчания лежит на многочисленных теоретических разработках западных персонологов, которые сами по себе могут быть весьма интересными, но от этого их мозаика не становится, да и не может становиться системой.

Можно в этом контексте понять стороннего наблюдателя, который, задумавшись над современным состоянием психологии личности, задался бы вопросом: почему при том, что советские психологи, которые вот уже не менее пятидесяти лет прочно стоят на платформе марксистской философии, открывающей широчайшие возможности для методологической и теоретической разработки любой научной проблематики, до сих пор не нашли пути для построения общепсихологической теории личности?

Велик соблазн объяснить это субъективными причинами
- отсутствием должного взаимопонимания между различными школами и направлениями,
- нежеланием ученых прислушаться к мнению и идеям коллеги (а иногда просто своевременно прочитать его статью или книгу),
- келейностью и зацикленностью в круге «своих идей»,
- приверженностью не столько к традициям, сколько к стереотипам, исторически сложившимся и мешающим восприятию нового (см. [14]). Кто станет отрицать, что такое случается, и нередко! Но для историка науки это тупиковый путь подмены объективного анализа процесса развития научных идей его «психологизированными» интерпретациями.
М.Г. Ярошевский, анализируя категориальный строй психологической науки, выделяет пять категорий, каждая из которых характеризует одну из сторон предмета психологии: образ, действие, мотивация, психосоциальное отношение, триада «организм — индивид — личность». Категориальный анализ позволяет увидеть за эмпирико-теоретическими построениями любой психологической системы или частной концепции контуры их категориального аппарата, существование которого может оставаться скрытым для создателей и сторонников этих концепций и систем. Осмысление категориального аппарата, его эксплицирование в рефлексии науки является одним из условий формирования релевантной методологии исследования. Нет основания полагать, что в истории науки все эти категории строго одновременно стали предметом рефлексии, а также методологически и теоретически организованного изучения. Освоение указанных категорий на основе философии марксизма осуществлялось в определенной последовательности, порождая в поступательном движении развития научного знания разветвленную систему понятий, концепций, эмпирических исследований и добытых фактов, формируя конкретное содержание отраслей психологии.

Начиная с середины 20-х, кончая серединой 60-х гг., основываясь на марксистско-ленинских идеях о психике как свойстве особым образом организованной материи, сущность которой в отражении окружающего мира, советская психология осваивает в методологическом, теоретическом и эмпирическом планах категории образа, действия и мотивации. Другими словами, в работах советских психологов Л.С. Выготского, С.Л. Рубинштейна, А.Р. Лурия, А.Н. Леонтьева, Б.Г. Ананьева, Л.И. Божович, А.В. Запорожца и других с опорой на труды и идеи И.М. Сеченова, И.П. Павлова, Н.А. Бернштейна и других получают адекватное решение так называемые «психофизиологическая» и «психолого-гносеологическая» проблемы. Это стимулирует психофизиологические исследования и способствует углубленному изучению познавательных процессов, их развития и мотивации.

Вместе с тем «психосоциальное отношение» и триада «организм — индивид — личность» до начала 70-х гг. фактически не выходят на авансцену психологической науки. Это не значит, что они уже тогда имплицитно не присутствовали в категориальном аппарате науки (подобно тому как в настоящее время не выпадают из категориального строя «действие», «образ», «мотивация»). Речь идет о другом: происходит если не смена, то трансформация парадигмы советской психологии, выводящая на первый план категории, которые не получали до сих пор должной методологической и теоретической проработки.

Причины этой трансформации обусловлены многими обстоятельствами, Прежде всего должен быть назван усиливающийся за последние двадцать лет общий интерес к проблеме человека, человеческих взаимоотношений, коллектива, выразившийся в интенсивном развитии социологии и социальной психологии, которые в предшествующие годы, по существу, не находили себе места в структуре науки и не располагали возможностями для развития. Достаточно вспомнить, что на I съезде Общества психологов в 1959 г. фактически не было докладов по социальной психологии и состоялось всего несколько сообщений по психологии личности, точнее, по проблеме индивидуальных различий, тогда как на VI съезде в 1983 г. едва ли не половина симпозиумов была посвящена различным аспектам социальной психологии и психологии личности. Исключительно важное значение приобретает выдвижение в центр внимания всех общественных наук, и в том числе психологии и педагогики, задачи воспитания всесторонне и гармонично развитой личности, усиления роли человеческого фактора в ускорении социального прогресса в стране.

В этих условиях советские психологи вновь обращаются к трудам классиков марксизма-ленинизма, этой неистощимой сокровищнице идей, способных обогатить и перестроить науку. Положения марксизма о социальной сущности человека, о включенности индивида в исторически возникающую и исторически изменяющуюся систему общественных отношений органически входят в трактовку категорий «психосоциальное отношение» и «организм — индивид — личность», образуя их методологическое основание, определяя общие подходы к построению программ научного исследования в области интенсивно развивающейся социальной психологии и психологии личности.

В контексте этих идей складываются комплексный (Б.Г. Ананьев) и системный (Б.Ф. Ломов) подходы к изучению человека, отправляющиеся от идей С.Л. Рубинштейна представления о личности как субъекте деятельности (К.А. Абульханова-Славская), концепция отношений (В.Н. Мясищев), интегральной индивидуальности (В.С. Мерлин), персонализации (В.А. Петровский), историко-эволюционные представления о развитии личности и становлении индивидуальности (А.Г. Асмолов), об индивидуальном стиле деятельности (Е.А. Климов) и др. Углубляется теоретико-методологическая проработка проблематики социальной психологии (К.К. Платонов, Б.Д. Парыгин, Е.В. Шорохова, Л.И. Буева), развертываются циклы работ по социальной перцепции и общению (Г.М. Андреева, А.А. Бодалев), лидерству (И.П. Волков, Р.Л. Кричевский), управлению (А.И. Китов, А.М. Столяренко, А.В. Филиппов), коррекции межличностных отношений и личности (Б.Д. Карвасарский, В.В. Кришталь), формированию личности в многоплановой общественно полезной деятельности (Д.И. Фельдштейн), складывается программно-ролевая концепция научного коллектива (М.Г. Ярошевский), стратометрическая концепция (А.В. Петровский) и др. Экспериментальные исследования Я.Л. Коломинского, Е.С. Кузьмина, X.И. Лийметса, В.А. Ядова, Л.И. Уманского, Н.Н. Обозова, А.С. Чернышева составили существенный вклад в разработку прикладных аспектов социальной психологии.

Все сказанное свидетельствует о достаточно высоком уровне развития проблематики личности, позволяющем использовать категории «организм — индивид — личность» и «психосоциальное отношение» для построения общепсихологической теории личности. В этой связи особо важное значение, на наш взгляд, приобретают сформулированные в контексте марксистских подходов к личности следующие положения, которые приводятся здесь путем прямого цитирования. Первое. «Природные, органические стороны и черты выступают в структуре личности как социально обусловленные ее элементы... Биологическое существует в личности в превращенной форме как социальное» [11; 230].

Второе. «Движение деятельности, процесс ее развертывания необходимо ведет к снятию ограничений, первоначально присущих ситуации... в качестве объекта преодоления могут выступать также и потенциальные ограничения деятельности, в данном случае понимаемые как сужение возможностей субъекта в сфере целеполагания. Ограничения эти побуждают специальную деятельность, направленную на их преодоление. Этим и определяется собственно активность личности» [18; 33].

Третье. «Личность ≠ индивид: это особое качество, которое приобретается индивидом в обществе... личность есть системное и поэтому «сверхчувственное» качество, хотя носителем этого качества является вполне чувственный, телесный индивид со всеми его прирожденными и приобретенными качествами» [9; 385].

Четвертое. «Философ-материалист, понимающий «телесность» личности не столь узко, видящий ее прежде всего в совокупности (в ансамбле) предметных, вещественно-осязаемых отношений данного индивида к другому индивиду (к другим индивидам), опосредствованных через (курсив наш. — А.П.) созданные и создаваемые их трудом вещи, точнее через действия с этими вещами (курсив наш. — А.П.), будет искать разгадку «структуры личности» в пространстве вне органического тела индивида и именно поэтому, как ни парадоксально, во внутреннем пространстве личности» [7; 344]. Пятое, «...личность может быть понята только в системе устойчивых межличностных связей, которые опосредствуются содержанием, ценностями, смыслом совместной деятельности для каждого из ее участников. Эти межличностные связи практически нерасторжимы, они вполне реальны, но по природе своей «сверхчувственны». Они заключены в конкретных индивидных свойствах, но к ним несводимы, они даны исследователю в проявлениях личности каждого из членов группы, но они вместе с тем образуют особое качество самой групповой деятельности, которое опосредствует эти личностные проявления, т.е. смысловые образования личности, связанную систему личностных смыслов, определяющих особую позицию каждого в системе межиндивидных связей, шире — в системе общественных отношений»[11; 232].

Шестое. «Личность индивида выступает в трех аспектах ее психологического понимания: интраиндивидной, интериндивидной и метаиндивидной атрибуции... Лишь в единстве отмеченных аспектов личность раскрывается со стороны своего строения, своей структуры. Она выступает как обнаруживающая и опосредствуемая социальной деятельностью идеальная представленность индивида в других людях, в его связях с ними, наконец в нем самом — как представителе социального целого» [17; 45].

Седьмое, «...постулат максимизации; т.е. стремления индивида к максимальной персонализации с вытекающими из него теоретическими гипотезами: I) любое переживание, воспринимаемое индивидом как имеющее ценность в плане обозначения его индивидуальности, актуализирует потребность в персонализации и определяет поиск значимого другого, в котором индивид мог бы обрести идеальную представленность; 2) в любой ситуации общения индивид стремится определить и реализовать те стороны своей индивидуальности, которые в данном конкретном случае доступны персонализации. Невозможность ее осуществления ведет к поиску новых возможностей в себе самом или предметной деятельности; 3) из двух или более партнеров по общению субъект при прочих равных условиях предпочитает того, кто обеспечивает максимально адекватную персонализацию. Аналогично — предпочтение будет отдано тому, кто может обеспечить максимально долговечную персонализацию... Третьей переменной является интенсивность потребности в персонализации» [15; 53]. Восьмое. «Источником развития и утверждения личности выступает возникающее в системе межиндивидных отношений (в группах того или иного уровня развития).... противоречие между потребностью личности в персонализации и объективной заинтересованностью данной общности, референтной для индивида, принимать лишь те проявления его индивидуальности, которые соответствуют задачам, нормам и условиям функционирования и развития этой общности» [13; 21]. «...личность формируется в группах, иерархически расположенных на ступенях онтогенеза (и «социогенеза». — А.П.), характер развития личности задается уровнем развития группы, в которую она включена и в которой она интегрирована» [13; 24]. Таким образом, мы попытались определить исходные принципиальные позиции для построения общепсихологической теории личности. Уточним, что мы имеем в виду, когда обозначаем ее как «общепсихологическую». Речь в данном случае идет не столько о ее общей методологической и онтологической схеме при всей ее важности, сколько о том, что исследуемый теоретический конструкт представлен в присущих ему характеристиках и связях, которые выявляются во всех отраслях психологии: не только в так называемой общей психологии, но и в социальной, возрастной, педагогической, юридической, управления, патопсихологии и других, выступая в присущей научной теории программирующей роли по отношению к соответствующей практической сфере (образованию, производству, медицине, правопорядку и т.д.).

Как и всякая научная теория, строящаяся ныне теория личности должна отвечать общему методологическому требованию — дать целостное представление о закономерностях и существенных связях определенной области действительности — личности человека, предложить целостную (при ее внутренней дифференцированности) систему знаний, которая содержала бы в себе методы не только объяснения, но и предсказания, возникновения определенных феноменов в определенных условиях и которую характеризовала бы логическая зависимость одних ее сторон от других, принципиальная возможность выведения ее содержания из некоторой совокупности исходных утверждений. Выше мы попытались в восьми тезисах, имеющих характер авторских реплик, но выполняющих функцию своего рода пролегоменов к предстоящему теоретическому построению, показать эту совокупность утверждений (постулатов, допущений, законов и т.д.), образующих исходный базис общепсихологической теории личности. Тем самым построить теоретическую модель существенных связей, проступающих в определенной психологической реальности — личности человека. Возникновение теории личности не может быть оторвано от ее эмпирической основы, охватывающей множество накопленных в общей, социальной, детской психологии, патопсихологии, психотерапии фактов, добытых экспериментально, но пока еще разрозненных и не обобщенных.

Однако она уже сейчас может быть описана в самом общем виде как теоретическая абстракция, обеспечивающая последующее восхождение к конкретному. Только так, на пути от абстрактного к конкретному, мы можем развивать ее в систему взаимосвязанных концепций, содержание которых включает утверждения с Их эмпирическими доказательствами, обеспечиваемыми релевантными методами и располагающими разветвленной феноменологией, построить конкретные теоретические конструкции, отправляющиеся от совокупности вводимых общетеоретических принципов. Если же эти концепции (а это, разумеется, отнюдь не все существующие теоретические построения, имеющие хождение в среде психологов как за рубежом, так и в нашей стране, а только те, которые отвечают указанным общим принципам) уже включены в научный оборот, то остается найти им место в общей теоретической схеме и тем самым обеспечить логическую зависимость одних элементов теории от других: «теоретическое познание должно дать объект в его необходимости, в его всесторонних отношениях...» [2; 193].

Что же представляет собой теория личности, ее наиболее общая модель? Она по существу должна совпадать с определением личности, описывающим ее в системе наиболее существенных связей и зависимостей и отвечающим основным общенаучным методологическим принципам: детерминизма, системности, развития. Тогда теоретическая модель личности должна быть представлена как определяемое активной включенностью в общественные отношения системное качество их субъекта, индивида, имеющее трехзвенную структуру (интра-, интер- и метаиндивидную его репрезентацию), развивающуюся в общении и совместной деятельности и ею опосредствованную.

В чем здесь проявляет себя следование общенаучным методологическим принципам?
Принцип детерминизма применительно к психологической теории личности ориентирован не только на идею причинности как совокупности обстоятельств, предшествующих во времени следствию, но и на другие его формы (МГ. Ярошевский): на системный детерминизм, обнаруживающийся в зависимости отдельных компонентов системы от свойств целого, а также на целевой детерминизм, в соответствии с которым цель как закон определяет процесс достижения результата. Представление об активности личности, ее направленности, которое утвердилось в советской психологии начиная со второй половины 30-х гг., создает методологические предпосылки для реализации принципа детерминизма на уровне категории «психосоциального отношения». В советской психологии, подчеркивает М. Г. Ярошевский, была выдвинута трактовка детерминизма как действия «внешних причин через внутренние условия» (С.Л. Рубинштейн) и трактовка детерминизма как действия «внутреннего через внешнее» (А.Н. Леонтьев). Марксистский детерминистический тезис о том, что, изменяя в деятельности реальный мир, субъект изменяется сам, что и объясняет личностные трансформации индивида, оказалось возможным распространить и на область межличностных связей, в которых наиболее полно выявляет себя категория психосоциального отношения. «Так же как индивид в предметной деятельности изменяет окружающий мир и посредством этого изменения изменяет себя, становится личностью, социальная группа в своей совместной социально значимой деятельности конструирует и изменяет систему межличностных отношений и межличностного взаимодействия, становится коллективом... Феномены межличностных отношений отчетливо это обнаруживают. Так коллективистическое самоопределение в отношении задач групповой деятельности складывается как результат активной деятельности коллектива по претворению в жизнь поставленных перед ним целей, т.е. межличностные отношения преобразуются деятельностью коллектива, которая направлена во вне на присвоение социально значимого предмета, а не на сами эти межличностные отношения» [12; 85]. С позиций детерминизма развитие личности как системного качества индивида обусловлено социально, хотя сам индивид обладает биологическими предпосылками для своего развития. К. Маркс писал: «Сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений» [1; 265]. Если родовую сущность человека, в отличие от всех живых существ, составляет совокупность всех общественных отношений, то сущность каждого конкретного человека, абстракт1, присущий отдельному индивиду как личности, составляет совокупность отдельных связей и отношений, в которые он включен как субъект общения и деятельности. Они, эти связи, в общественном бытии, т.е. вне его, а поэтому безличны, объективны, и вместе с тем они внутри, в нем самом как личности и поэтому субъективны, аффективно пристрастны.

Принцип развития в его представленности в психологической теории личности является конкретизацией марксистско-ленинской диалектики как общей теории развития. Он реализуется в понимании процесса превращения биологических структур индивида в социально обусловленные структуры его личности.

структура личности Модель построения общепсихологической теории личности. А — психогенетическая концепция; Б — концепция развивающейся личности; В — историко-эволюционный подход к развитию личности в социогенезе; Г — концепции смысловых образований и направленности личности; Д — диспозиционно-установочные концепции личности; Е — концепция активности личности; Ж — концепция деятельностного опосредствования межличностных отношений (стратометрическая концепция); З — концепции интегральной индивидуальности и типологии индивидуально-психологических особенностей личности, И — концепция персонализации индивида.

Исходя из марксистско-ленинских идей о единстве и борьбе противоположностей, перехода количественных изменений в качественные, отрицания отрицания, строится представление о социогенезе личности как результирующей взаимодействия в ней двух противоборствующих тенденций к сохранению и к изменению развивающихся в историко-эволюционном и историко-революционном процессах социальных систем [4].

Развитие личности в онтогенезе определяется наличием и преодолением противоречия между потребностью индивида в персонализации и ее способностью посредством соответствующей деятельности быть персонализированным в социальной ситуации развития.

Принцип системности (или системный подход) в составе методологической модели теории личности позволяет представить ее в качестве целостности, в которой выявляются разнокачественные и разноуровневые связи, как синтез структурно функциональных и фило-онтогенетических представлений. Преодоление того подхода к личности, который был нами обозначен как «коллекционерский» [11; 229] и который лишал понятие личности «высшей степени обобщенности», должного категориального содержания, дробя ее на составляющие ее черты и особенности, уже свидетельствовал о необходимости обращения к системному подходу при построении психологической теории личности (личность — системное социальное качество индивида). Однако принципы системного анализа, для этого необходимые, всегда требовали выделения «системообразующего принципа».

Этот принцип не мог быть обнаружен в общих системных представлениях, хотя и не мог быть без них сформулирован. Его следовало открыть в ткани самой психологической реальности. Для этой цели потребовалось, во-первых, преодолеть «птолемеевское» понимание человека в пользу его «коперниканской» (А. Н. Леонтьев) трактовки как части социального целого, системы общественных связей, во-вторых, преодолеть гипноз «постулата непосредственности». Это оказалось возможным сделать в условиях системного анализа категорий «психосоциальное отношение» и «организм — индивид — личность», осуществленного при соприкосновении психологической теории коллектива (стратометрическая концепция) и психологической теории личности. Они должны были пересечься и действительно пересеклись в центральном для той и для другой теории пункте — в выявлении системообразующего принципа, которым оказался принцип деятельностного опосредствования.

Системообразующий принцип, как известно, это тот общий, далеко не всегда эксплицированный объяснительный принцип, с помощью которого очерчивается и структурируется теория. Методологическая сущность этого принципа при построении теории личности состоит в том, что отношение одного человека к другому, равно как и отношение развития личностного свойства к его результату, мыслится через обращение к третьему объекту — предметной деятельности, которая в наиболее развитой своей форме имеет совместный характер, является следствием объединения людей в труде и общении. При этом, оказываясь исходно опосредствованными содержанием и организацией совместной деятельности, межличностные отношения и качества развивающейся личности в свою очередь воздействуют на ее процесс и результаты: субъект-объект-субъектные связи выступают в единстве с субъект-субъект-объектными как две стороны одной системы.

Принцип деятельностного опосредствования межличностных отношений, личности и ее развития является общим системным принципом построения общепсихологической теории личности, в котором находят реализацию общенаучные методологические принципы детерминизма, развития и системности.

От конкретной методологии как системы принципов и способов построения теории личности целесообразно перейти к описанию ее онтологической модели, выделив основные категории анализа объекта теории и показав принципы их соотнесения, ее понятийный аппарат.

Единицами анализа для теории личности могут служить понятия индивид, личность, индивидуальность; активность, деятельность, общение, группа, коллектив, сознание, развитие (биогенез организма, биосоциогенез индивида, онтогенез личности, социогенез личности в историко-эволюционном процессе) . В контексте настоящей статьи мы не будем давать дефиниции соответствующих понятий, ограничившись их простым выделением.

Однако для построения онтологической модели постулируемой нами общепсихологической теории с необходимостью должны быть указаны принципы соотнесения основных категорий анализа, используемых для описания и понимания интересующей нас психологической реальности. Наиболее общим принципом соотнесения категорий, входящих в понятийный аппарат теории личности, является признание единства, но не тождества образующих его понятийных пар как единиц категориального анализа ее общей конструкции. Так, например, понятие индивид, образуя единство с понятием личность, не может рассматриваться как ему тождественное. Сам факт признания единства, но не тождества этих понятий, а следовательно стоящих за ними объектов аналитического рассмотрения психологической реальности, порождает задачу понять их соотношение не только как свойства (личности) и носителя этого свойства (индивида), но и поставить ряд принципиальных методологических проблем их взаимоотношений, постулируя, к примеру, идею потребности и способности индивида «быть личностью». Онтологическая расчлененность оборачивается специальной методологической проблемой. Принцип единства, но не тождества основных категорий анализа относится не только к понятиям индивид и личность, но и к другим составляющим онтологической модели теории личности: личность — индивидуальность, активность — деятельность, группа — коллектив, биогенез — биосоциогенез, онтогенез — социогенез, развитие личности — развитие сознания. От методологических и онтологических подходов создания теории следует перейти к выявлению возможностей, заложенных в ее исходных посылках (постулатах), путем восхождения от абстрактного к конкретному и развить систему взаимосвязанных теоретических конструкций (концепций, «теорий среднего уровня»), объединенных и обусловленных рассмотренными методологическими и онтологическими основаниями. Только таким образом можно в рамках выделенных нами исходных тезисов и методологических принципов охватить многообразие эмпирических данных и конкретных методов и методик, относящихся к исследуемому предмету — психологии личности, обобщить совокупность утверждений с их доказательствами, составляющих основной массив теоретического знания в этой области науки.

Как мы полагаем, следует выделить три аспекта рассмотрения конкретной феноменологии личности, три своего рода «онтологические модальности»: ее генезис, динамику содержания, структуру, а следовательно построить (или освоить) концепции, которые, исходя из принципа деятельностного опосредствования, оказались бы в состоянии выяснить закономерности психологии личности, проявляющиеся в этих ее аспектах (модальностях), охватить соответствующий эмпирический материал, вобрав в себя открывающуюся в нем феноменологию, найти и применять валидные методы его получения, на принципиальных основаниях противостоять основным немарксистским социально-психологическим и персонологическим теориям на Западе. Вместе с тем необходимо и возможно, раскрыв логическую зависимость конструируемых концепций друг от друга, представить их в виде единой теоретической системы при всей ее внутренней дифференцированности.

Начнем с генеза личности. Здесь выделяются три методологически обоснованные задачи:
1) рассмотреть развитие индивида как результат взаимодействия генотипа и социальной среды и тем самым создание предпосылок для становления личности (условно обозначим этот процесс как «биосоциогенез» индивида);
2) исследовать развитие личности человека вследствие деятельностно-опосредствованных взаимоотношений с референтными для нее группами как в условиях относительно стабильных общностей, так и в обстоятельствах включения в различные референтные группы, иерархически расположенные на ступенях онтогенеза или изменения ее позиции по отношению к этим группам;
3) изучить особенности социогенеза личности и межличностных отношений, обусловленные включенностью в трудовую деятельность в рамках конкретной социально-экономической формации.
Соответственно этим задачам предлагаются три взаимосвязанные концепции, отвечающие принципам общепсихологической теории личности.

Первая, которая условно может быть обозначена как психогенетическая концепция индивидуальности (И.В. Равич-Щербо), при исследовании происхождения индивидуальных психологических особенностей человека выясняет роль генотипа и среды в их формировании, используя главным образом близнецовый метод. Утверждается, что в онтогенезе происходит смена механизмов, которыми реализуются психические функции индивида, а также смена элементарных форм, господствовавших на ранних его этапах, социальными формами, опосредствованными общением и деятельностью ребенка. При этом проверяется продуктивная гипотеза, согласно которой со сменой механизмов перестраивается отношение индивидуально-психологических особенностей к генотипу: с возастанием значения специфически человеческих, социальных по своему происхождению факторов сокращается доля генетической изменчивости в развитии индивидуальных по своему происхождению факторов, в развитии индивидуально-психологических особенностей человека. Являющаяся прямым продолжением нейрофизиологической концепции факторов индивидуально-психологических различий, сложившихся в трудах Б.М. Теплова, В.Д. Небылицына, В.С. Мерлина, рассматриваемая концепция по всем позициям противостоит теориям, отводящим наследственности роль фатального фактора (Дженсен, Айзенк и др.), вообще различным модификациям теории двух факторов.

Своего рода продолжением рассмотрения этого круга идей, если иметь в виду усиление роли системообразующего фактора — деятельностного опосредствования, в формировании личности индивида является концепция развивающейся личности (А.В. Петровский [20]). В ее основе лежит идея трех фаз становления личности в социальной среде (микро- или макросреде) — адаптации, индивидуализации и интеграции, возникновение и протекание которых связаны с наличием социогенной потребности индивида в персонализации и деятельностно опосредствованными возможностями удовлетворять ее в референтных группах. На основе данной концепции предложена возрастная периодизация развития личности, не совпадающая с существовавшими ранее концепциями психического развития человека и на принципиальных основаниях противостоящая немарксистским представлениям о формировании личности в психоаналитических, необихевиористских и так называемых гуманистических теориях. Таким образом, предлагается концептуализированное решение второй, сформулированной выше задачи.

Третья задача — понимание социогенеза — находит свое воплощение в историко-эволюционном подходе к пониманию личности (А.Г. Асмолов), который в свою очередь базируется на принципе деятельностного опосредствования. Отвечая на вопрос: посредством каких механизмов осуществляется вклад личности в социокультурную историю, предлагаемый подход выделяет в качестве системообразующего основания, обеспечивающего развитие личности и способствующего его конкретно-исторической специфике в той или иной культуре, опосредствующий фактор — совместную предметную деятельность, Историко-эволюционный подход принципиально противостоит немарксистским структуралистским и социолого-антропологическим теориям.
Таким образом, все три теоретические конструкции связаны между собой и отвечают общему методологическому принципу — деятельностному опосредствованию. То же самое можно сказать и о других характеризуемых ниже концепциях. Обращаясь к динамике содержания личности, мы можем вновь выделить три проблемы, которые задает методология общепсихологической теории личности:
1) что представляет собой содержание личностных характеристик индивида;
2) стабильно ли это содержание и что обеспечивает его стабильность;
3) за счет какого фактора может произойти и происходит нарушение этой стабильности, динамика содержания личности?
Здесь, в свою очередь, могут быть выделены одни в большей, другие в меньшей степени продвинутые концепции, логические связи между которыми легко прослеживаются.

Первая среди них концепция смысловых образований личности, сформулированная группой учеников А. Н. Леонтьева. Ее центральное звено образует понятие личностного смысла как индивидуализированного отражения действительного отношения личности к тем объектам, ради которых развертывается ее деятельность («значение для меня»), запечатленность в объекте потребностей человека. Личностные смыслы интегрируются в виде связной системы «Смысловых образований личности», куда входят мотивы, побуждающие человека к деятельности; реализуемое деятельностью отношение человека к действительности, приобретшей для него ценность (ценностные ориентации). «Я-образ» или «Я-концепция» человека — система представлений индивида о самом себе, на основе которой он строит свое взимодействие с другими людьми и относится к себе «как к другому» и т.д. Центральная характеристика личностных смыслов — их зависимость от места человека в системе общественных отношений, «социальной ситуации развития», т.е. от его социальной позиции. И здесь принцип деятельностного опосредствования оказывается системообразующим, объяснительным и конструктивным; для того чтобы исследовать и трансформировать смысловые образования, необходимо выйти за рамки этих образований и изменить систему деятельностей, их порождающих.

Две следующие проблемы получили отражение в концепциях, обращенных к «малой динамике» содержания личности — процессов порождения и трансформации смысловых образований личности в движении деятельности, в которую включен индивид.

Первая — диспозиционно-установочная концепция (этим условным обозначением мы пытаемся охватить теоретические конструкции, которые характеризуют механизмы, используемые личностью для стабилизации движения деятельности). За ней стоят идеи и представления учеников и продолжателей Д.Н. Узнадзе (Ш.А. Надирашвили и др.), диспозиционная концепция личности В.А. Ядова и др. Используя принцип деятельностного подхода, А.Г. Асмолов ([3], [5]) разрабатывает гипотезу об иерархической уровневой природе установки как механизма стабилизации деятельности, обращаясь к «малой динамике смысловых образований». При этом функции и феноменологические проявления установок зависят от того, на каком уровне деятельности они функционируют (уровень смысловых, целевых и операциональных установок). Установки различных уровней, стабилизируя движение деятельности, реализуемой личностью, позволяют в изменившихся условиях сохранять ее направленность. В случае методологической и теоретической интеграции различных представлений о сущности установки (заметим, что очевидным является противостояние ее психоаналитическим интерпретациям) можно предположить, что диспозиционно-установочная концепция станет органической частью общепсихологической теории личности, основывающейся на принципе деятельностного опосредствования.

В неразрывном единстве с представлением об установке как механизме стабилизации деятельности находится концепция надситуативной активности В.А. Петровского [5], [18]. В соответствии с нею в движении деятельности происходят переходы от состояния временной стабильности (в силу сложившихся устойчивых смысловых и целевых установок личности) к взламывающей эту стабильность надситуативной активности субъекта деятельности, выводящей личность на новые уровни решения ее жизненных задач, которые, в свою очередь, возможны в условиях относительной стабильности ее диспозиций. Методологическое кредо концепции надситуативной активности заключается в преодолении «постулата сообразности» в его различных вариантах: гомеостатическом, прагматическом, гедонистическом. «Постулат сообразности» состоит в том, что субъекту приписывается изначально свойственное ему стремление к «внутренней цели», в соответствие с которой приводятся все проявления активности. Различая моменты осуществления деятельности и ее движения, рассматриваемая концепция собственную активность субъекта трактует как моменты движения деятельности, ее расширенного воспроизводства, обогащения индивидуальной деятельности личности общественно заданными мотивами и целями. В актах выхода субъекта за рамки ситуации проявляется собственная активность субъекта, преодоление ограничений — «барьеров внутри нас», действование вопреки адаптивным побуждениям, интересам и установкам.

При рассмотрении структуры личности, в свою очередь, возникают три проблемы: необходимо характеризовать во взаимосвязи интер-, интра- и мета-индивидную репрезентации личности.

Соответственно могут быть представлены три концепции: концепция деятельностного опосредствования межличностных отношений, концепции интраиндивидной репрезентации личности и концепция персонализации.

Концепция деятельностного опосредствования межличностных отношений ([11], [12]), обращенная к интериндивидной репрезентации личности, рассматривает межличностные отношения в любой достаточно развитой группе как опосредствованные содержанием и ценностями деятельности. Обращение к принципу опосредствования позволяет понять характер групповой интеграции, увидеть многоуровневый (стратометрический) характер межличностных отношений, характеризовать коллектив как группу, где индивид получает наиболее благоприятные возможности для удовлетворения своей потребности быть полноценной личностью и развития соответствующих способностей. Все это дает возможность принципиально противостоять концепциям групповой динамики, микросоциологии, теориям «малых групп». В связи с тем, что взаимоотношения в группе выступают как носители личности ее членов, преодолевается ложная с точки зрения методологических посылок общепсихологической теории личности альтернатива понимания межличностных отношений как проявлений либо личности, либо группы — личностное выступает как групповое, групповое как личностное. Существенным развитием концепции деятельностного опосредствования межличностных отношений является концепция социальной перцепции (Г. М. Андреева).

Метаиндивидная репрезентация индивида открыта и отражена в концепции персонализации ([15], [16], [17]), описывающей деятельностно опосредствованный процесс, в результате которого субъект получает индивидуальную представленность в жизнедеятельности других людей и может выступить в общественной жизни как личность (В.А. Петровский). Потребность в персонализации выступает как глубинная и не всегда осознанная основа неутилитарных форм общения между людьми (альтруизма, аффилиации, стремления к самоопределению и т.п.). Определяющей чертой способности индивида к персонализации является возможность производить деяния, т.е. значимые изменения общественного бытия, за которые он ответствен перед обществом (к ним относится прежде всего перестройка мотивационно-смысловых образований, личностных смыслов других людей). Концепция персонализации на принципиальных основаниях противостоит теориям так называемой гуманистической психологии с ее представлениями о «самореализации» и «самоактуализации» как господствующих тенденциях личности.

Попытку сделать шаги по направлению к решению проблемы интраиндивидной репрезентации личности осуществил В.С. Мерлин, сформулировав в посмертно изданной книге [10] концепцию интегральной индивидуальности, в которой деятельность выступает как опосредующее звено в связи разноуровневых свойств индивидуальности. В своей книге В.С. Мерлин [10] стремится исходить из единства стратометрической концепции, концепции персонализации (в терминах В.С. Мерлина — представления о «метаиндивидуальности») и издавна складывавшихся в советской дифференциальной психологии взглядов на сущность «интраиндивидуальности» человека, за которыми стоят труды Б.М. Теплова, В.Д. Небылицына, К.М. Гуревича, И.М. Палея и самого В.С. Мерлина. Интегральная индивидуальность рассматривается им как саморегулируемая и саморазвивающаяся многоуровневая система. В развитие идей В.С. Мерлина Е.А. Климовым [8] разрабатывается концепция индивидуального стиля деятельности личности, которая, как подчеркивает В.С. Мерлин, опосредствует связь метаиндивидуальных и интраиндивидуальных свойств, что детерминируется не только характеристикой индивидуальности, но и коллектива, т.е. интериндивидно. Взгляды В.С. Мерлина противостоят персонологическим концепциям Г. Оллпорта, Г. Айзенка, Р. Кеттелла.

Наличие внутренней связи между концепциями, которые относятся к выделенным «онтологическим модальностям», были прослежены выше и являются очевидными, но столь же очевидны «интермодальные» связи. Представление о потребности и способности личности к персонализации обусловливает понимание механизмов, определяющих переходы в развитии личности от одной фазы к другой: возможности развития личности зависят от уровня развития группы; идея надситуативной активности отзывается в социогенетических представлениях об избыточных неадаптивных моментах, обеспечивающих саморазвитие личности в историко-культурных процессах; основные положения психогенетической концепции порождают некоторые подходы, характерные для концепции интегральной индивидуальности и т.д. Таким образом, вся концептуальная модель общепсихологической теории личности оказывается определенного рода системой интра- и интермодальных связей, составляющих ее структуру.

Располагая богатым фондом конкретных методов, как уже находящихся в научном обороте, так и создаваемых (метод «отраженной субъектности», методики выявления коллективистского самоопределения, коллективистской идентификации, модифицированная методика «личностных конструктов», референтометрия и т.п.), с помощью которых могут быть выявлены важнейшие личностные параметры, мы стоим перед задачей такой их переработки, которая позволила бы построить соответствующие системы психологической диагностики. В этом направлении нами сделаны лишь первые шаги (к примеру, предложен принцип «решетки противостояния позиций в группе» [20], который имеет определенную перспективу). Это весьма существенно.

Задача дальнейшей конкретизации исходных теоретических посылок требует построения совершенно необходимых для практических целей прикладных научных концепций — важнейшего звена общепсихологической теории личности. В этом плане могут быть выделены три сферы приложения теоретического знания в области психологии личности: управление, формирование и коррекция систем, в которых ведущим началом является человеческий фактор. В сфере управления процессами, в которые включен человеческий фактор, уже успешно функционирует программно-ролевая концепция научного коллектива; разрабатываются на основе стратометрической концепции психологические принципы подбора и расстановки кадров и интенсивного обучения, а также социально-психологические концепции деловых игр, складываются представления об учете уровня развития группы при принятии управленческих решений, высвечиваются контуры концепции лидерства и авторитета и т.д.

В сфере формирования личности работает концепция развития личности в многоплановой общественно полезной деятельности, формирования личности и ее познавательных процессов в коллективообразующей учебной деятельности, построена концепция возрастной периодизации личности, позволяющая применять дифференцированный подход к развивающейся личности, концепция деятельностно опосредствованного формирования смысловых образований. В сфере коррекции личностных нарушений — групповая психотерапия, строящаяся на принципах деятельностного опосредствования, психотерапия творчеством и др.

Конечно, нельзя представить дело так, что эти и другие концепции вполне осознанно строятся на базе принципа деятельностного опосредствования, и тем не менее это не является решающим обстоятельством при оценке значимости предлагаемых подходов для решения практических задач и для выявления перспективности этих концепций. Важно, что этот принцип имплицитно там представлен. Следовательно, развитие этих прикладных концепций имеет существенное значение как для решения практических проблем, так и для дальнейшей разработки общепсихологической теории личности. Общепсихологическая теория личности, как это и должно для теоретического знания, является не только системой утверждений, но и предсказаний по поводу возникновения различных феноменов, переходов от одного утверждения к другому без непосредственного обращения к чувственному опыту. Так, удалось предсказать и получить в дальнейшем экспериментальное подтверждение ряда теоретически обоснованных гипотез: о наличии действенной групповой эмоциональной идентификации в группах типа коллектива и ее отсутствии в низкоразвитых группах; о персонализации творческого педагога в феноменах отраженной субъектности, проявляющихся у его учеников, прямой, а не обратной зависимости эффективности обучения от размера учебной группы в условиях коллективо-образующей деятельности; о субъект-субъект-объектном характере восприятия объекта (S1—S2—0) в том случае, если S1 персонализирован в воспринимающем субъекте (S2) и т.д. и т.п.

Как можно было убедиться, требования, которые марксистская философия науки предъявляет к конструированию теории, мы попытались учесть. На основе исходных постулатов, позволивших «вписать эмпирические данные в мыслимую конкретность» (К. Маркс), построена методологическая, онтологическая и концептуальная модели теории личности, выявлены логические интра- и интермодальные связи между элементами ее концептуального аппарата как системы, сложились конкретные методы и выясняемые с их помощью искомые параметры личности, намечены (хотя и не проработаны) пути ее диагностики, указаны некоторые имплицитно связанные с общей теорией прикладные концепции, относящиеся к важнейшим областям общественной практики, показана ее прогностическая ценность для выявления конкретной феноменологии личности. Перед нами, разумеется, не вполне сложившаяся теория в ее зрелой форме, но момент ее возникновения, первый абрис, программа построения ее приложений и ее самой. Тем не менее берем на себя смелость сказать, что в случае, если не будут выдвинуты весомые возражения против предлагаемой системы взглядов, дальнейшие сетования по поводу того, что разработка общепсихологической теории стоит у нас на месте, вероятно, могут рассматриваться как явления вкусового характера. Будущее общепсихологической теории личности, ускорение ее создания, зависит от всех нас.

ЛИТЕРАТУРА
1. Маркс К. Тезисы о Фейербахе // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42.
2. Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 29.
3. Асмолов А. Г. Деятельность и установка. М., 1969. 150 с.
4. Асмолов А. Г. Психология индивидуальности: Методологические основы развития личности в историко-эволюционном процессе. М., 1986. 96 с.
5. Асмолов А. Г., Петровский В. А. О динамическом подходе к психологическому анализу деятельности // Вопр. психол. 1978. № 1. С. 70—80.
6. Божович Л. И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М., 1968. 464 с.
7. Ильенков А. Н. Что такое личность // С чего начинается личность / Под общ. ред. Р.И. Косолапова. 2-е изд. М., 1983. 360 с.
8. Климов Е. А. Индивидуальный стиль деятельности. Казань, 1969. 278 с.
9. Леонтьев А. Н. Избр. психол. произв.: В 2 т. Т. 1. М., 1983. 392 с.
10. Мерлин В. С. Очерк интегрального исследования индивидуальности. М., 1986. 256 с.
11. Петровский А. В. Вопросы истории и теории психологии // Избр. труды. М., 1984. 272 с.
12. Петровский А. В. Личность. Деятельность. Коллектив. М., 1982. 255 с.
13. Петровский А. В. Проблема развития личности с позиций социальной психологии // Вопр. психол. 1984. № 4. С. 15—29.
14. Петровский А. В. Развитие личности и проблема ведущей деятельности // Вопр. психол. 1987. № 1. С. 15—26.
15. Петровский А. В., Петровский В. А. Индивид и его потребность быть личностью // Вопр. философ. 1982. № 3.
16. Петровский В. А. Принцип отраженной субъектности в психологическом исследовании личности // Вопр. психол. 1985. № 4. С. 17—30.
17. Петровский В. А. К пониманию психологии личности // Вопр. психол. 1981. № 2. С. 40—46.
18. Петровский В. А. К психологии активности личности // Вопр. психол. 1975. № 3. С. 26—38.
19. Психологическая теория коллектива / Под ред. А.В. Петровского. М.: Педагогика, 1979. 240 с.
20. Психология развивающейся личности / Под ред. А.В. Петровского. М.: Педагогика, 1987.

Источник http://www.voppsy.ru/issues/1987/874/874030.htm
«Однажды на рынке в древних Афинах Сократ известил сограждан, подошедших вкусить его мудрости: "Я намерен посвятить всю оставшуюся жизнь выяснению только одного вопроса - почему люди, зная, как надо поступать хорошо, во благо, поступают все же плохо, себе во вред". С тех пор прошло две с половиной тысячи лет, развалины Афин находятся на прежнем месте, и по-прежнему далек ответ на этот вопрос...» Михаил Веллер («Все о жизни»).

Итак, почему «по-прежнему далек ответ на этот вопрос»?
Почему до сих пор нет такого знания, которое бы давало четкие ответы на любые вопросы, касающиеся любого человека, его жизни, и самое главное - его сути- тех "неведомых сил", которые побуждают действовать вопреки здравому смыслу? Читать далее...

Публикации известных психологов на тему "Теоретическая психология: проблемы и решения"

  • Асмолов А.Г. Будущее психологии или психология без будущего: взлёт и нищета междисциплинарности
  • Асмолов А.Г. Психология XXI века и рождение вариативного образовательного пространства России
  • Леонтьев А.Н. Из предисловия к книге "Деятельность. Сознание. Личность.
  • Юревич А.В. Социальная релевантность и социальная ниша психологии
  • Братусь Б.С. К проблеме человека в психологии
  • Козлов В.В. Интегративный подход в современной психотерапии и психологии
  • Козлов В.В. Психология и психолог- проблемы и задачи
  • Козлов В.В. Теория и практика психологии
  • Мазилов В.А. Методологические проблемы психологии в начале XXI века
  • Абульханова-Славская К.А. О путях построения типологии личности
  • Низовских Н.А. Во что верят российские психологи
  • Шемет И.С. Интервью о второй конференции «Психология индивидуальности"
  • Карапетян В.С., Азизян А.Л., Салатинян С.А., Погосян Р.А. Историко-логический анализ основных концепции советской психологии
  • Кулацкая И.Н. Восприятие истории, современного состояния и перспектив развития отечественной психологии в США и России
  • О путях развития теоретической психологии...

    Глобальные проблемы психологии, которые описаны в статье «Про ОДНУ проблему теоретической психологии...» решать можно и решать НУЖНО…
    Другой вопрос - «кому это нужно?» (психология живет и существует и с этими проблемами…), а если все-таки нужно, то "КТО" этим будет заниматься и "ЧТО" в принципе нужно сделать? Читать далее...
    А также...
  • ПСИХОЛОГИЯ XXI ВЕКА: ПРОРОЧЕСТВА И ПРОГНОЗЫ (круглый стол)
  • Кто решит головоломку под названием "Как сознание связано с мозгом"?
  • Публикации известных психологов на тему ЕДИНАЯ ТЕОРИЯ ЧЕЛОВЕКА

  • Борзенков В.Г. На пути к единой науке о человеке
  • Косяк В.А. Единая теория человека?
  • Многомерный образ человека: на пути к созданию единой науки о человеке
  • В. А. Луков Единая наука о человеке: потенции и препятствия
  • Петровский А. В. Возможности построения общечеловеческой теории личности
  • Клонингер Сьюзан Теории личности: познание человека (заключение)
  • Теория ЧЕЛОВЕКА: требования и критерии оценки качества

    Итак, каким критериям должна соответствовать теория личности, чтобы с максимальной долей достоверности объяснять все психическое и все индивидуальное, что происходит с человеком?
    Начнем по порядку... Читать далее...

    Классический набор требований к теории личности из книги Ларри Хьелла, Дэниела Зиглера "Теории личности. Основные положения, исследования и применение" (Larry Hjelle, Daniel Ziegler "Personality Theories: Basic Assumptions, Research, and Applications", 3th ed., 1992)
  • Теории личности
  • Критерии оценки теории личности
  • Компоненты теории личности
  • Основные положения, касающиеся природы человека
  • А так же:
    * Теория гармонии (из монографии «Учение о цвете», автор проф. Л.Н. Миронова)

    Современные концепции и теории научной психологии

  • Чуприкова Н.И. Психика и предмет психологии в свете достижений современной нейронауки
  • Мотков О.И. Личность и психика: сущность, структура и развитие
  • Корниенко А.Ф. Фундаментальные проблемы психологии и их решения
  • Горбатенко А.С Системная концепция психики и общей психологии после теории деятельности
  • Орлов А.Б. Личность и сущность: внешнее и внутреннее Я человека
  • Рыжов Б.Н. Системная структура личности
  • Голограммы, вселенная и человеческое сознание...
  • А так же:
  • Рыжов Б.Н. Естественнонаучные и философские предпосылки развития системной психологии
  • Гераклит Эфесский и современные теоретические изыскания

  • «Психология, приближенная к реальности». Теория Человека И.В. Герасимова

    Внутренний мир человека ничто без внешнего, как внешний мир ничто без внутреннего-
    это определенная система взаимозависимостей и взаимосвязей -
    это и есть «психология, приближенная к реальности»

    Основное предназначение теории Человека - объяснять (при помощи своих теоретических схем) индивидуальные особенности, жизнь, поступки, поведение любого человека практически в любых жизненных ситуациях... И чем системнее, глубже, развернутее выстроенные концептуальные схемы, тем точнее она будет выполнять свое предназначение...
    Итак, в чем основные концептуальные положения разработанной мною теории, что я сделал для того, чтобы объяснять и прогнозировать поведение любого человека? Читать далее...

    Публикации ученых на тему "Человеческая душа"

    "Говорите нам о душе!" – кричали студенты эпохи Возрождения, когда хотели с первой лекции оценить способности нового профессора…
  • Франк С.Л."О понятиях и задачах филосовской психологии"
  • Братусь Б.С. "Психология - наука о психике или учение о душе?"
  • Зинченко В. П., Подорога В. А. "О человеческой душе и плоти"
  • Герасимов И.В. "Человеческая Душа: современная концепция"
  • курс виртуоза жизни
    Игры Виртузов
    Если эффективность - это способность достигать желаемого с минимальными затратами, то сверхэффективность - это способность достигать желаемого с максимальными эффектами. СВЕРХЭФФЕКТИВНОСТЬ – это красивые, оригинальные и супер эффективные решения там, где как будто этих решений и нет…
    Как развивать в себе такую способность? - просто ПОГРУЖАЕМСЯ в атмосферу СВЕРХЭФФЕКТИВНОСТИ...
    Социальный ИНТЕЛЛЕКТ = Жизненный УМ - система-механизм, которая осуществляет нашу жизненную эффективность, а именно - все оценивает, придумывает, продумывает..., а также, хорошо разбирается в людях, в жизни, в ее разнообразных ситуациях.
    Как думает социальный интеллект высокого уровня? И, как развивать в себе такую способность думать? - ответы на семинаре
    "СОЦИАЛЬНЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ: думать, как гроссмейстер..."
    Если обычная манипуляция - это про то, как обманывать, провоцировать, пугать, подставлять..., то КРЕАТИВНАЯ МАНИПУЛЯЦИЯ - это философия ловкости, гибкости, находчивости... - это театр нашей жизни - это комбинации, финты, красивые, оригинальные схемы и ходы.
    Для всех, кто любит красивое, оригинальное и суперэффективное - тренинг
    "КРЕАТИВНАЯ МАНИПУЛЯЦИЯ: искусство управления ситуацией и людьми".
    ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ИМПРОВИЗАЦИЯ (в контексте ситуационной эффективности) - во многом неосознанная способность человека действовать эффективно, по ситуации, когда сознание не особо утруждает разум, как надо или как не надо - четко сканирует постоянно меняющуюся ситуацию и выдает наиболее правильное решение.
    Хотите проверить, кто круче импровизирует по жизни? - устроим для вас Шоу -
    "ИГРЫ ВИРТУОЗОВ ЖИЗНИ"
    выездной тренинг
    MEGAS-CLUB
    2010-2018 | Копирование материалов только с указанием активной ссылки на источник